Почему Россия проигрывает на Украине и в других странах СНГ

Экономика / Глобализм,   30.01.2020,   611 просмотров

Бидборд Россия - наш стратегический партнер Олег Катющенко
Этот провокационный билборд появился в Киеве 29 января 2020 года. Провисел пару часов. Вы представляете себе уровень безумия украинского общества, если он был однозначно расценен как антиукраинский?

Российская дипломатия совершила стратегическую ошибку с выбором рычагов влияния на пространстве СНГ. Однако, учитывая стратегию развития самой страны, у неё просто не было другого выбора. 

Нефтегазовый пряник

Об этом пишет политический аналитик Александр Халдей. После распада СССР в Москве главным рычагом влияния России на ближнее зарубежье выбрали снабжение топливно-энергетическими ресурсами по заниженным по сравнению с мировыми ценам. Ведь во взаимоотношениях России с Европой такой подход полностью себя оправдал. Экспортные нефте‑ и газопроводы настолько плотно привязали западноевропейские элиты к России, что те стали позволять себе даже споры с главным сеньором — США. Вполне естественно, что то, что сработало в Европе, перенесли на СНГ.

И Россия десятилетия поставляла дешёвые энергоресурсы в ключевые для себя зоны влияния — на Украину, в Белоруссию, в Армению и Грузию, а также в Прибалтику — в надежде на обретение рычагов влияния на местные элиты. Основой дипломатии стал подкуп элит стран-лимитрофов через предоставление возможностей личного обогащения на ценовых льготах.

Однако тут всё оказалось иначе, чем в Европе. Снабжение бывших республик дешёвыми углеводородами привело лишь к усилению местных олигархических групп, которые всё больше становились антироссийскими и русофобскими, так как полученные деньги вывозились на Запад и таким образом становились уже оружием влияния в руках США.

Как отмечают эксперты, США вложили в Украину 5 миллиардов долларов и полностью подчинили себе её правящий класс, а Россия вложила 100 миллиардов долларов и получила яростного врага. Элита Армении практически потеряна для российского влияния. В уходящей к Западу Белоруссии десятками и сотнями свободно открываются западные негосударственные организации, действуют английские спецслужбы, американские дипломаты, немецкие и австрийские фонды, а у России нет ни одного лоббистского института, ни одной общественной организации, ни одного представителя в легальном политическом пространстве. С 1991 года никто не мешал Москве открывать такие же фонды и НГО на Украине, но делали это только США и другие западные страны. В результате градус русофобии достиг такого уровня, что теперь это уже стало физически невозможным - Россия чётко воспринимается определённой частью украинцев как враг.

Российская дипломатия в СНГ превратилась в закрытое сообщество, главной задачей которого стало освоение ежегодных бюджетов и всемерное избегания ссор с местным руководством.

Тактическое бессилие

Стратегическая ошибка, так хорошо разъяснённая Александром Халдеем, была дополнена тактическим бессилием на уровне исполнения. Ресурсная дипломатия России в странах СНГ может бы и не потерпела бы столь сокрушительное фиаско, если бы не существовало банальное разворовывание средств. По сути, подкупить откатами за дешёвые энергоресурсы удавалось только высших чиновников и бизнесменов стран-лимитрофов, которые предавали интересы своих спонсоров в критические моменты. Тогда как основная часть политиков, не говоря уже о простом народе, никак не поддерживалась и на сторону России не привлекалась.

Все гуманитарные проекты по линиям президентской администрации, МИД, Россотрудничества, Российского института стратегических исследований и любых других ведомств и организаций лишь создавали видимость работы. 90% выделяемых на них бюджетных средств разворовывались ещё в Москве – руководителями проектов и их приближёнными. Что-то перепадало организаторам на местах в СНГ и уж совсем крохи доходили до исполнителей. В результате российские чиновники немыслимо обогащались, а в СНГ за незначительные средства создавалась ничтожные результаты, годные лишь для замыливания глаз начальству.

Концептуальная неопределённость

Естественным образом возникает вопрос: а могла ли Россия избрать другой дипломатический путь в отношении СНГ? Здесь надо однозначно ответить - нет. Однако с оговоркой – в рамках выбранной Россией концепции развития. Эта концепция – роль стратегического поставщика энергетических ресурсов в международном разделении труда с ограниченным сложным собственным производством.

По сути, кроме энергоресурсов России было нечего предложить бывшим республикам СССР. До 1991 года в рамках единого государства они удерживались экономической целесообразностью, обусловленной внутрисоветским разделением труда с миллионами производственных связей. Быть вместе было выгодно. Когда в СССР возобладал экономический эгоизм – хватит кормить национальные окраины или, наоборот, Москву, подогреваемый местными националистами, – страна распалась. Остатков производственных связей не хватало для удержания СНГ в зоне российского влияния, а идеология без экономической основы не работала. Оставалось надеяться на дешёвые нефть и газ.

Может ли поменяться ситуация

Как следует из сказанного выше, дипломатическая стратегия России по СНГ поменяться может только с изменением концепции развития страны. В экономическом аспекте это – развитие собственного производства, сход с нефтяной иглы. А в политическом – национализация российской элиты, ныне во многом ориентированной на Запад и связанной с ним огромным числом экономических и личных связей.

Нельзя сказать, что в российском экспертном сообществе этого не понимают и не доводят до высшего руководства страны. В России постоянно поднимаются и обсуждаются подобные вопросы, а многие руководящие указания президента России Владимира Путина направлены на национализацию элит и усиление экономической независимости. Достаточно вспомнить пресловутое импортозамещение или недавние предложения по конституционной реформе.

Однако результаты этих усилий незначительны. Можно смело утверждать, что принципиального прорыва добиться не удалось, и он пока не предвидится. В экономике Россия продолжает вкладывать средства преимущественно в энергетические проекты, а её элиты по-прежнему ориентированы на Запад.

Это отражается и на практической политике. Курировать украинское направление продолжает Владислав Сурков, фактически проваливший здесь все свои проекты и начинания. Его лишь слегка оттеснил Михаил Козак, которому, по сути, нечего предложить, кроме слегка видоизменённой тактики Суркова.

На белорусском направлении упорное сопротивление Александра Лукашенко интеграционным процессам приводит лишь к усилению политического и экономического (прекращение поставок российской нефти в РБ) давления. Это есть ни что иное, как жёсткий вариант всё той же энергетической стратегии, ибо ничего другого в арсенале российской дипломатии по-прежнему нет.

Игорь ГЕОРГИЕВ

[email protected]

1 комментарий

Paissy 1 февраля 2020 06:47
Проигрывает потомучто никогда не лезла в гуманитарную сферу,как это делают американцы.А еще что ведет себя дешевый барыжный медведб в посудной лавке.
Ваше имя: *

Подписаться на комментарии