На Ивано-Франковщине сектанты «кашкетники» едва не зарубили журналистов топорами

Происшествия / Неформат,   6.03.2020

сектанты нападают на машину Интера
Кашкетники окружили машину с журналистами и несколлько часов держали их в заложниках

Деиндустриализация повсеместно возвращает украинцев к средневековым промыслам. В селе Мостище, расположенном в Ивано-Франковской области, произошла история, которая напоминает остросюжетный триллер из жизни американской глубинки. 

Съемочная группа телеканала «Интер», приехавшая сюда расследовать уничтожение заповедного Днестровского каньона, оказалась в заложниках у враждебно настроенных местных жителей. Толпа сельчан окружила их машину и выпустила журналистов только после вмешательства полицейских.

«Правоохранители прибыли на место очень быстро. И это, вероятно, спасло не только здоровье, но и, возможно, жизнь съемочной группе, поскольку кое-кто из местных принес с собой топоры».

— написали об этом сотрудники одного из центральных украинских телеканалов. Их не на шутку испугали агрессивные люди в странной одежде, которые совершенно не реагировали на журналистские удостоверения и явно собирались взять приезжих в заложники.

Всё дело в том, что село Мостище является одним из центров незарегистрированной протестантской секты «кашкетников», которая действует на территории Ивано-Франковской и Тернопольской областей, считаясь одним из местных изводов пятидесятничества. Мужчины этой общины с детских лет носят на голове картузы — кашкеты, а у женщин не принято выходить на улицу без ярких платков. Согласно их представлениям, головные уборы должны плотно прикрывать от посторонних глаз волосы, а их яркий цвет выделяет божьих людей среди толпы обреченных на адское пламя грешников.

Впрочем, кашкетники выделяются не только своеобразной одеждой. Эти «украинские амиши» стараются не пользоваться газом, электричеством, телевизорами, телефонами, радио, интернетом. Не любят пластиковые вещи, не пьют алкоголь, кофе, колу и не имеют личных автомобилей. Женщины вручную стирают одежду в Днестре, а мужчины занимаются примитивным ручным трудом, который не требует использования «сатанинских» электрических инструментов. Среди сектантов практикуются ранние браки, часто организованные против воли жениха и невесты. При этом они не признают противозачаточных средств и категорически запрещают аборты. А бытовая жизнь без элементарных удобств и недоверие к медикам приводят к высокому уровню детской смертности.

Молодые кашкетники пытаются бунтовать против этих средневековых порядков, однако общиной управляет семейная династия проповедников, которые полностью контролируют её внутренний распорядок, стараясь не допускать в свои дела чужаков из большого мира. Советская власть вела с этим решительную борьбу и достигла в ней серьёзных успехов — получая образование, выходцы из сектантских семей нередко порывали с религиозными предрассудками, которые становились уделом верующих стариков. Но СССР рухнул, и ситуация изменилась — число последователей секты постепенно растёт за счет естественного прироста в их многодетных семьях, где рождается до 10-20 детей. А подростки зачастую числятся в школе только формально, потому что родители стремятся по максимуму оградить их от опасных мирских соблазнов.

Дела сектантов пошли в гору, и это самым печальным образом отразилось на экологической ситуации в регионе. «Кашкетники» освоили добычу розового песчаника, из которого сложены склоны заповедного Днестровского каньона. За последние годы представители экзотической религиозной общины в буквальном смысле стесали его берега, продавая красивый камень на стройку частных особняков. Местные блогеры иронически называют их «вольными каменщиками», цитируя стихи «Великого Каменяра» Ивана Франко — поскольку, по иронии судьбы, основатель секты тоже носил эту фамилию:

Лупайте сю скалу! Нехай ні жар, ні холод
Не спинить вас! Зносіть і труд, і спрагу, й голод,
Бо вам призначено скалу сесю розбить.

Впрочем, происходящее не дает особого повода для юмора — в результате незаконного хищнического промысла на берегах каньона гибнут палеонтологические памятники, разрушаются стоянки различных археологических культур, а берега Днестра превращаются в сплошную свалку битой щебенки.

Помешать этому беспределу некому — природоохранные службы едва поддерживают свое существование из-за хронического недофинансирования, а лидеры секты прекрасно находят общий язык с коррумпированными чиновниками. В январе, когда представители общественной организации «Скала» обнаружили группу работающих в каньоне «кашкетников», нарушители вели себя с исключительной наглостью, намекая на защиту своих высокопоставленных покровителей.

Мы сообщим кому надо, и вы нас ещё сопровождать будете».

— заявили они экологам, которые выяснили, что незаконную добычу камня крышует первый заместитель Бучацкой районной администрации, а подкупленные лесничие сами помогали нарушителям с погрузкой камня.

Если этот каньон создавался сотни миллионов лет, то они его добивают на наших глазах. Через несколько десятков лет вместо этого прекрасного склона, который поражает воображение, будут какие-то огрызки, остатки.

— говорит главный государственный инспектор Ивано-Франковского рыбоохранного патруля Андрей Мельничук.

Увы, перспективы именно таковы. При этом, разрушение Днестровского каньона — всего один из многочисленных примеров стремительного уничтожения природных ресурсов Украины. Деиндустриализация и нищета повсеместно возвращает её жителей к архаическим промыслам. Жители полесского региона массово добывают янтарь, размывая помпами сельскохозяйственные и лесные угодья. В Хорошеве, как называется теперь декоммунизированный Володарск-Волынский, выкапывают топазы и бериллы — расширяя ямы старых карьеров, где в прошлом добывали эти полудрагоценные самоцветы. В Коростышеве незаконно рубят гранит, а под Киевом вывозят целые вагоны песка, уничтожая речную пойму Днепра. В расположенной на Ивано-Франковщине Тысменице выделывают меха и шкуры, сбрасывая зловонные отходы прямо в воды реки. А вырубка посаженных в советские времена лесов вообще стала основой для экономики огромного западноукраинского региона, что повсеместно приводит к облысению горных склонов.

Всё это — классические практики Третьего мира, которые можно наблюдать на оловянных месторождениях Индонезии, или в африканском Конго, где нищие необразованные работники едва ли не вручную добывают на приисках колтан, кобальт и медь, попутно уничтожая этим леса и озера.

Украинское общество равнодушно наблюдает за социально-экологической катастрофой в Днестровском каньоне — ведь людям надо на что-то жить, а клерикализация и падение уровня образования давно стали нормой в стране животворящего томоса и закрывающихся ради экономии сельских школ. Застрявшие в Средневековье сектанты могут служить символом до основания реформированной страны. А либеральные власти не обращают внимания на тоталитарную религиозную группу, позволяя ей держать в рабстве женщин и ломать судьбы несовершеннолетних детей. Ведь «кашкетники» не потребляют российский газ, не принимают социальную помощь от государства — и, таким образом, являются для чиновников идеальным образцом украинских граждан.

Вы будете смеяться — но телеканал самого богатого украинского олигарха Рината Ахметова ставит «кашкетников» в пример остальным украинцам, призывая экономить на электричестве.

Они живут так, как жили во времена Ивана Франко, который боролся за преодоление отсталости, бедности, темноты своих земляков. Но сейчас на горизонте нет никого, кто пытался бы разбить эту скалу, мрачно нависающую над будущим Украины.

Украина.ру

Форма для связи: https://www.facebook.com/andriy.manchuk

 
Ваше имя: *