Монитор UA

Дозированное принуждение Москвой Киева и стратегическая культура России

Мнение,   17.09.2020, просмотров: 699

Донбасские повстанцы убирают танки и тяжелое вооружение с линии фронта
Донбасские повстанцы убирают танки и тяжелое вооружение с линии фронта в соответствии с Минскими соглашениями-2 26 февраля 2015 года в Червонном

Аналитик американо-германского Центра стратегической безопасности имени Джорджа Маршала Самюэль Чарап опубликовал исследование «Дозированное принуждение Москвой Украины и стратегическая культура России». В нём он рассазал о своём видении базовых принципов российской стратегии по Донбассу.

По мнению Чарапа, на Донбассе российское руководство сознательно отказалось как от проведения решительной военной операции типа «большой войны», так и от действительно замороженного конфликта (то есть без регулярного кровопролития). Вместо этого был избран вариант тлеющего конфликта, позволяющего оказывать на Украину дозированное воздействие. Пока что этот подход даёт результаты, но его эффективность в долгосрочной перспективе остается под вопросом.

После последнего решительного разгрома ВСУ под Дебальцево и заключения договора Минск-2, Москва, пишет Чарап, использовала подконтрольные себе силы ОРДЛО на Донбассе для поддержания постоянно тлеющего конфликта, который служит рычагом влияния на Украину в целом. Последняя вынуждена тратить на оборону почти 5% своего валового внутреннего продукта. Конфликт существенно влияет на внутреннюю политику Украины, привнося нестабильность в и без того взрывоопасную постреволюционную ситуацию.

Как считает американский аналитик, такой вариант противоречит российской стратегической культуре. Воспитанные Великой Отечественной войной принципы предусматривают быстрый и решительный разгром врага большими силами с целью продиктовать ему свои условия мира.

Но в случае с Донбассом российское политическое руководство вынудило военных отказаться от этих принципов. Здесь, вероятно, сказался опыт первой войны в Чечне, а также конфликтов в Приднестровье 1991 года и в Южной Осетии в 2008 году. Тогда решительный разгром молдавских и грузинских вооружённых сил позволил заморозить конфликты – там до сих пор не стреляют. Но, с другой стороны, эти конфликты перестали быть рычагами воздействия на Молдавию и Грузию, поскольку в мире о них, по большому счёту, забыли. Вариант тлеющего конфликта оставляет рычаги дозированного воздействия на Украину (принуждение к выполнению Минска-2). Также тлеющий конфликт явно не достигает порога, который повлечет за собой новые санкции Запада.

Но он не снимает проблему. В идеале для России необходима дружественная и стабильная Украина. Самым худшим случаем будет недружественная и стабильная. Сейчас же ситуация зависла в промежуточном варианте – недружественная нестабильная Украина.

Здесь, по убеждению Чарапа, сказываются различия в западном и российском походах к решению проблем. Первый предусматривает рациональный подход – применение мер к полному устранению проблемы. Россия же, исторически привыкшая жить в тяжёлых условиях, испытывает заниженные ожидания к результатам своих усилий и готова длительное время жить с нерешённой проблемой по принципу «проблемы решаются путем их игнорирования».

Этот элемент стратегической культуры существует в противоречии с менталитетом большой войны. Но здесь противоречие чисто структурное: игнорировать проблему вынуждены политики, исходя из реальной оценки сил. Военные, желавшие бы решительно устранить проблему, вынуждены им подчиниться.

Однако, по оценке Самюэля Чарапа, западные партнёры России при стратегии дозированного принуждения не всегда могут понять её сигналы. Хотя склоняются к мысли, что РФ готова к прекращению конфликта.

Лоуренс Фридман, выдающийся американский специалист по стратегии, писал, что «конфликт на Украине дает больше примеров плохой стратегии, чем хорошей», и «самые большие неудачи [в этом конфликте] были у России». После почти пяти лет дозированного принуждения кажется очевидным, что Москва ведет долгую игру. На данном этапе, вероятно, ещё слишком рано судить об успехе или неудаче этой линии, считает Чарап.

Американский аналитик в целом верно описывает важнейшие внешние признаки конфликта на Донбассе: это и не большая война, и не замороженный конфликт. Но его оценки причин такого положения тенденциозны: он видит их в злонамеренном плане России. Его предубеждение против РФ не позволяет заметить очевидного факта, что инициатором тлеющего конфликта выступает именно Украина. А Россия, действительно сознательно отказавшись от стратегии большого конфликта, действует реактивно. Она и рада бы поспособствовать заморозке конфликта, но Украина не позволяет. Последней война на востоке жизненно необходима как элемент строительства новой политической нации – лучше всего это получается в борьбе с внешним врагом, реальным или придуманным.

Аналогично Украина сама даёт России рычаги для дозированного воздействия на себя, ибо объективно вот уже пять лет саботирует подписанные ей самой Минские соглашения. И точно также сама сохраняет внутреннюю нестабильность – украинское общество принципиально расколото в отношении оценки тлеющего конфликта на Донбассе.

А возможна ли хотя бы принципиально стабильная и недружественная по отношению к России Украина – пока остаётся загадкой для Самюэля Чарапа и других исследователей из его пула.

 

Комментарии читателей: